700IMG_5944_1

Рано или поздно турист-бэкпэкер попадает в Гоа. Он просто не может туда не попасть! Слишком легендарная атмосфера сложилась вокруг этих индийских пляжей, слишком притягательная энергетика. Каждый найдет здесь что-то свое: торчок-растаман – дешевую траву и танцы на пляже под трансовую музыку, романтические парочки – потрясающие закаты и ужины при свечах, мамаши с детьми – раздолье для своих чад на бескрайних песчаных просторах.

Здесь хочется не думать о времени; в Индии вообще не принято куда-то спешить. В Гоа коварные местные жители заражают приезжих бациллой лени. И если в кармане не лежит билет в другое, менее вязкое измерение – все, считайте, что вы пропали. Дни растянутся на недели, а недели обернуться месяцами. Я не замечал такого притяжения ни в Египте, ни в Таиланде, ни на серых вулканических песках Тенерифе. В Гоа отпущены тормоза и нет стоп-сигнала.

Это не только мое наблюдение. Некоторые туристы «висят» здесь годами. Честно живущий на пособие по безработице старый француз, хиппи и тунеядец в молодости, поделился со мной на этот счет своей теорией. Он серьезно утверждал, что все дело в навозе. Ну как можно серьезно воспринимать пляж с раскиданными коровьими лепешками! Психика отказывается принимать его как временное место для заслуженного «отдыха». Мы, скорее, попадаем в родную сельскую местность, но с пляжем и теплым океаном. А поскольку сельская местность для нас архетипично естественней, чем пограничная полоска между сушей и морем, мы чувствуем, что попали домой. Эдакое изгнание из рая наоборот. Наверное, старый француз где-то прав. На этих пляжах скорее живут, чем отдыхают.

Панаджи – не только столица самой маленькой Индийской провинции. Географически он делит Гоа на две части: Северную и Южную. Стереотипно рассуждая, Север – это шум, наркотики и тусовки, а Юг – умиротворение и нирвана. В каком-то смысле это действительно так. Но для меня водораздел проходит в более конкретном месте. Это древняя португальская Церковь Божьей Матери Непорочного Зачатия  в старом Панаджи. Странно, но, несмотря на близость к автовокзалу (очень оживленное место!), там почти не бывает толп. Возможно, поэтому вокруг этого древнего сооружения особенно чувствуется атмосфера Средневековья. Последователи Васко да Гамы умели строить не только корабли. Они безошибочно подобрали цвет фасада главного католического храма новообретенной колонии – белый. Церковь и вправду выглядит девственницей, божественным кораблем, парящим в небесной синеве. Кафедральные соборы где-нибудь в Лиссабоне, Мадриде или Толедо не производят подобного впечатления. Помпезность, грандиозность – да, но не воздушная легкость, переполняющая эту хорошо сохранившуюся в многих тысячах километрах от метрополии церквушку.

Ценителей колониальной истории в Гоа ждет с десяток полуразрушенных, разбросанных по побережью португальских фортов. Удивительно, но в этих останках былого величия, среди того, что осталось от башен и стен, до сих пор валяются медные пушки! Пол тысячелетия они никому не мешают и никем не охраняются. Местным жителям даже в голову не приходит украсть их на сувениры. Интересно, сколько еще они пролежат на сухой индийской земле?

Хотите посмотреть храмы, форты, а также массу других, обильно разбросанных вдоль побережья достопримечательностей – арендуйте байк. Туристы, живущие здесь месяцами, предпочитают покупать двухколесных помощников, часто без документов. Не обязательно садиться на большого рычащего монстра. Достаточно маломощного скутера, с которым легко справится даже хрупкая девушка. Степень свободы севшего в седло путешественника возрастает многократно.

Пляжи Гоа отличаются друг от друга довольно сильно. Не только ресторанами, магазинами и прочими свидетельствами материальной культуры. Береговая линия может быть настолько разной, что невольно задаешься вопросом: а в какой стране я сейчас нахожусь? Ставший очень популярным в последние годы пляж Палолем больше напоминает Таиланд, чем Индию; Колва-бич по-калифорнийски широкий, чистый и тянется на многие километры. А вот пляж между Агондой и фортом Кабо да Рама – не запомнил его названия – представляет собой маленькую, но очень живописную бухту с  единственным рестораном и десятком хижин-бунгало. Большинство посетителей – приезжие, остановившиеся в отелях на соседних пляжах. Подозреваю, что привлекает их сюда не только уютная атмосфера, но и обилие свежих салатов, которое не часто встречается в других ресторанах побережья.

Но вот ближайшие пляжи разведаны, архитектура храмов откровенно наскучила, а панир бата масала хоть и готовится в разных ресторанах по-разному, но уже не вызывает былого восторга. Выход один – идти за билетом в ближайшее туристическое агентство.

Почему-то с Гоа туристы часто отправляются в Варанаси. Думаю, за контрастом: с ленивых пляжей в самое сердце ортодоксальной Индии. Мне же не хотелось сильно удаляться от побережья. Выбор пал на Хампи – охраняемые ЮНЕСКО развалины, столицу одного из некогда могущественных государств, оставивших заметный архитектурный след на просторах Южного Индостана.

Поездка в Хампи – замечательная возможность увидеть провинциальную, сельскую Индию из окна железнодорожного вагона. Крестьяне, как и тысячу лет назад, обрабатывают свои наделы с помощью рогатых черных буйволов, а перевозят урожай на повозках с гигантскими колесами, запряженными парой больших серых быков. Никаких тракторов и автомобилей. Все настолько медленно и даже сонно, что чувствуешь себя в другом измерении.

Поезд движется медленно. Окна с железными решетками, но без стекол, что даёт возможность комфортно фотографировать. Особенно на оживленных перронах, где поезд стоит минут по десять-пятнадцать. Сколько потрясающих типажей проходит перед вами за это время! Окна расположены чуть ниже уровня глаз стоящего на платформе человека, что делает крайне удобной скрытую портретную съемку. Тогда, единственный раз за всю поездку, я пожалел, что профессиональная зеркалка с подходящим объективом остались дома.

На подъезде к Хампи начались обычные индийские штучки: один из пассажиров-индийцев начал агитировать едущих в древний город иностранцев добираться до туристической зоны вместе, обещая за проезд самую низкую цену, которую сразу же и озвучил. Я отказался и доехал до нужного места в два раза дешевле. Восток – дело тонкое. Тонкость обычно составляет несколько долларов, которые всегда, или почти всегда, можно сэкономить. По нужде или из спортивного интереса. Но это уже детали.

Место, в котором правитель Кришнадеварайя построил свою столицу пол тысячелетия назад, в списке всемирного наследия ЮНЕСКО известно как «Руины Хампи».  Громадный храмовый комплекс располагается на десятках квадратных километров, и обойти его за один день – задача совершенно безнадежная. Ближайший город с шумом, загазованностью и прочими экологическими прелестями находится за пределами архитектурного памятника, что для Индии несколько необычно. В охраняемой зоне – только рестораны и лавки с сувенирами. Даже отели, располагаются за рекой. Сюда, к переправе, и привозят путешественников такси и тук-туки.

Расплатившись с таксистом, я оказался на левом, высоком берегу быстрой реки. Уложенные много столетий назад каменные глыбы образовывали что-то вроде набережной, к воде спускались многочисленные ступеньки, на которых то здесь, то там, сушились яркие простыни и покрывала. Представшая передо мной картина очень напоминала закованный в камень берег Ганга в Варанаси. Здесь были многочисленные статуи, подпирающие, словно древнегреческие атланты, большие каменные плиты. Статуи, конечно, женские. Не мужское это дело – подпирать многотонные плиты! Можно представить пышные религиозные церемонии, проводимые в древности на этих, стоящих у самой воды, площадках. Пения жрецов в белых одеждах, плывущие по воде лотосы… Да что это я! Здесь должна быть какая-то переправа?

Прищурившись, я увидел, как от противоположного берега отчалила наполненная людьми моторная лодка. Борта перегруженной старой посудины основательно просели в воду, из шумного двигателя валил черный дым. Борясь с течением, лодка подошла к другому концу «переправы» — белым мешкам с песком, уходящим в воду чуть ли не с самого основания древних каменных ступеней. Белолицые туристы уже прыгали по мешкам в сторону берега, когда в лодке началась какая-то необычная возня. Несколько человек, явно индийцы, пытались выгрузить на берег какое-то средних размеров животное – то ли козу, то ли барана. Животное не горело желанием выгружаться: лодка ожесточенно раскачивалась из стороны в сторону. Даже купающиеся неподалеку дети замерли при виде бесплатного аттракциона. Не в силах сдержать улыбку, я медленно направился в сторону белых мешков.

Противоположный берег реки не представлял из себя ничего особенного. Пологий, поросший  похожим на наши вербы кустарником. Но за густой зеленью скрывался целый Вавилон. По двум-трем улицам неспешно сновали очень разные люди. Подозреваю, это единственное место в Индии, где в одном интернет-кафе можно увидеть ортодоксальных евреев с пейсами, здоровенных американцев (их легко узнать по характерной речи), а так же немцев, французов и прочих любителей психоделического экстрима. Почему психоделического? Характерный запах марихуаны здесь то и дело врывается в ваш мозг. В ресторанах висят плакаты типа «У нас запрещены наркотики» или «У нас не курят (и известный листочек сбоку)», но на них никто не обращает внимание. Полиция, говорят, тоже проводит регулярные рейды. Но индийская полиция – самая гуманная полиция в мире. Это все знают.

Конечно, не все останавливающиеся «на той стороне реки» наркоманы. Думаю, таких меньшинство. Но остальным бэкпекерам, во избежание нервных срывов, желательно проще смотреть на жизнь. Например, дабы не испытывать гастрономических разочарований, посещать рестораны с непальским персоналом. Если официант непалец, велика вероятность, что на кухне тоже работают его земляки. Маленький горный народ знает толк в еде. В бунгало обязательно проверяйте наличие противомоскитных сеток над кроватями. Ареалы кровососущих монстров разбросаны по Индии не равномерно, но Хампи – как раз тот случай. Не забудьте тёплый свитер. Ночью зимой здесь бывает довольно прохладно. Ну и поздравьте себя, наконец! Вы оказались в индийской глубинке, пусть и усеянной по самое не могу архитектурными артефактами. Смиритесь с этим сомнительным фактом. И постарайтесь получить максимум удовольствия.

Кто как, а я неважно сплю на новом месте. В этот раз причиной бессонницы стало проклятие школьной учительницы по геометрии: комната, в которой я остановился, была абсолютно круглой! Она была круглой когда я поселялся, когда ложился спать и даже когда проснулся. Так что обилие испарений марихуаны абсолютно не при чем. Архитектура такая. В общем, я обрадовался, когда взошло солнце.

На переправе было много людей, часть из них очень суетилась. Подойдя ближе, я понял, что на этот раз в лодку втаскивают мотоцикл. Пришлось переправляться со следующей партией туристов. Шатаясь по берегу, я с восхищением рассматривал возвышающиеся на другой стороне реки индуистские храмы. Эти каменные, уходящие в небо громадины, всегда ассоциировались у меня с пирамидами в Гизе. Правда, у индийских «пирамид» намного круче угол подъема, да и взбираться вверх по их «ступеням» вам никто не позволит. Да-да. Единственная вещь, способная снести крышу добродушному индийцу – неуважительное отношение к «его» религии. А религия – это храм.

А вот к памятникам архитектуры, связанным с культом не так явно, индийцы относятся гораздо менее трепетно. Странно, но среди многочисленных руин громадного комплекса прогуливалось совсем мало туристов. Да что там! Людей вообще почти не было. Исключение составляли толпы одетых в одинаковую форму школьников, свозимых в больших автобусах к национальной достопримечательности. Но и автобусов было мало. К счастью для меня. Ну любит, очень любит подрастающее индийское поколение фотографироваться с белокожими иностранцами! Этому «феномену белой обезьяны» перестаешь удивляться, когда вспоминаешь, как любили фотографироваться на фоне смуглых аборигенов путешествовавшие по Африке аристократы лет сто назад. Сейчас белый человек отрабатывает карму. Что поделаешь?!

Вообще, индийская молодежь очень общительная. И разделяются эти молодые люди (девушки, конечно, слишком застенчивы для уличного знакомства) на тех, кто хочет на вас что-то заработать, и тех, кто не рассматривает вас в таком качестве. Первых, к чести Индии, абсолютное меньшинство. Эти милые создания обитают в туристических зонах и быстро распознаются по плохо скрываемой наигранности. Их цель – завязать контакт с иностранцем, и после этого впарить какую-то ерунду. Выбравший «жертву» абориген начинает прилипать с вопросами типа «Как дела?», «Как тебя зовут?» или «Откуда ты?». Одному из сорванцов, интересовавшихся страной моего происхождения в Хампи возле стоянки тук-туков, я ответил: «Зимбабве». Парню хватило несколько секунд, чтобы сориентироваться. «Нет», ответил он. «Ты не из Зимбабве». Оказалось, что в этой африканской стране сильная команда по крикету и индийцы часто выясняют с ними отношения в этом виде спорта. Подрастающее индийское поколение хорошо осведомлено о внешности зимбабвийцев.

Те, кто не смотрят на вас как на мешок с деньгами, встречаются где угодно. Эти юноши поражают искренностью и достоинством одновременно. И первый их вопрос почти наверняка будет о том, нравится ли вам Индия. Это обезоруживает. Хочется сказать что-то умное, но получаются простые банальности. Конечно, Индия замечательная страна! Обычно этой констатации бывает достаточно для того, чтобы темнокожий подросток расплылся в довольной улыбке. Его страна нравится иностранцу! Этот факт сделал его жизнь сегодня немного счастливее.

Среди руин Хампи не покидает впечатление, что все эти гротескные сооружения делались для отправления культа. Слишком непрактичными кажутся бесконечные каменные арки, помещения и колоннады. Даже гигантские бассейны со ступенями по периметру почти наверняка не служили местом для расслабленного плавания. Зато в Хампи легко представить пышные процессии в честь бесконечного пантеона причудливых индуистских божеств. Где-то здесь регулярно сжигали мертвецов, пели гимны и омывались на восходе солнца. Как же изменился человек за несколько столетий! Худые школьники делают селфи на китайские смартфоны в местах, вызывавших некогда религиозный трепет. Не знаю, что лежало на древних камнях, очень напоминающих жертвенники. Возможно, цветы, а может что-то более кровавое. Но никак не пустая баночка Кока-Колы, небрежно оставленная жителем XXI века. Наше представление о мире и о себе невероятно изменились, и восхищение эстетикой древних сооружений – преобладающая эмоция современного человека в подобных местах.

IMG_7356_2

Хампи разрушается. Индийский климат с циклически повторяющимися муссоннами не может повредить каменные плиты, но быстро разрушает другие, более мягкие материалы. Попытки реставрировать крошащуюся каменную кладку производят впечатление дешевого глянца и вызывают отторжение. Среди разрушающихся руин невольно задаешься вопросом: если так впечатляют эти давно заброшенные строения, какими же величественными они были в период рассвета древнего государства, созданного парнем по имени Кришнадеварайя?

Хампи – рай для фотографа. Здесь правит бал его величество цвет. А цвет – это индийские женщины. Все, что они носят и стирают – необычайно яркое, хоть иногда и линяет. Приезжайте сюда с просветленными объективами и запасайтесь терпением. Терпение понадобится на протяжении всего дня, ибо высоко стоящее индийское солнце будет вашим главным врагом. Лучшее время для фотоохоты – какой-нибудь час перед закатом. Но именно в это время яркость местного колорита будет сочна как никогда.

IMG_7724_2

Не могу не упомянуть еще одну местную достопримечательность. Это лодки, на первый взгляд совершенно неудобные ввиду абсолютно круглой формы. Впервые их увидев, я испытал легкое недоумение: что это сушится на берегу? В дальнейшем выяснилось, что круглая, не глубокая конструкция при должной сноровке позволяет комфортно лавировать среди бурного течения. Да и перенести такое корытце может взрослый человек средних физических достоинств. Один из местных лодочников предлагал переправить меня на своей лодке-аттракционе к Храму Обезьян, расположенному на вершине горы, но ниже по реке на несколько километров. Индиец честно добавил, что возвратиться назад, вверх по течению, не будет никакой возможности. Только правильной формы лодка с мощным мотором способна противостоять потоку…

Признаюсь, у меня есть зависимость, которой я не могу, да и не хочу, сопротивляться. Это горы. Точнее, вершины, точки, с которых мне, во что бы то ни стало, хочется охватить взглядом окружающее пространство. Именно в таких местах я испытываю ни с чем несравнимое ощущение прилива сил и душевной гармонии. Особенно соблазнительны вершины с храмами и другими культовыми постройками – таких много в Азии. Храм или ступа на горе – своего рода знак качества. Тысячи людей уже «протестировали» это место на предмет божественной благодати. Остается подняться туда на закате или рассвете. Конечно, лучше на закате. Чтобы не зевать во время холодного предрассветного подъема.

Храм Обезьян – очень удачное название. Что появилось на горе раньше – обезьяны или храм – неизвестно, но смышленых человекоподобных созданий там действительно много. И ведут они себя как настоящие бандиты. Вырывают из рук еду, орут во всю глотку… Туристы отвечают обезьянам взаимностью, гоняясь за ними с фотоаппаратами. Не удивлюсь, если представители каждого из эволюционно родственных видов считают свой уровень развития чуть выше. Обезьяны – вследствие завидной скорости и ловкости, люди – вследствие умения обращаться с фотоаппаратом.

Обезьяны, кстати, могут быть очень нежны друг с другом. Иногда они обнимаются, сгребая партнера в охапку. А неспешное вычёсывание друг друга и поиск блох не наблюдал разве что ленивый. Но в первую очередь они бандиты. Апофеозом обезьяньего вероломства является воровство обуви, прилежно снимаемой посетителями храма на самой вершине. Некоторые представители вида Homo Sapiens долго бегают по горе в поисках своих вещей.

Руины Хампи и окрестности видны отсюда как на ладони. Бесконечные пустынные холмы, усеянные каменными валунами песчно-красного цвета. Лучшей кладовой природного материала сложно представить. Сам Шива велел построить каменный город именно здесь – бери первый попавшийся камень и обтесывай до нужной формы. Полноводная река служила источником жизни и оборонительным бастионом. Что еще нужно?!

IMG_7683_2

Мягкий свет заходящего солнца затопил окружающие холмы желто-красными красками. На маленькие, кажущиеся отсюда игрушечными древние руины наползали густые тени. Умиротворения, правда, не получалось: внизу, с другой стороны горы, громыхал двигатель какой-то адской машины. Что ж, это Индия. Здесь всегда шумно, грязно и суетливо. Страна на каждом шагу, выражаясь словами Ошо, испытывает вашу внутреннюю медитацию. И, что самое удивительное, у нее это получается. Даже если вы в ужасе убежите отсюда с твёрдой целью никогда не вернуться, что-то в глубине вас всегда будет знать печальную правду: вы проиграли сражение за собственное спокойствие, собственную отрешенность. И тогда придется приехать сюда снова, но смотреть на окружающую действительность уже совсем другими глазами. Забраться на гору, где несносная обезьяна снова украдет один из ваших любимых кроссовок, вслушаться в шум двигателя, нарушающего гармонию окружающего пространства. Не приходить в бешенство при виде мусорных куч на обочинах и аборигенов, не упускающих возможности содрать с вас десяток рупий только потому, что вы иностранец. Обретя, наконец, внутреннюю расслабленность, сядьте где-нибудь на вершине горы и расслабьтесь еще больше. Дождавшись, когда красный солнечный шар коснется горизонта, вы поймете величайшую из существующих истин. А заключается она в том, что скоро стемнеет. Не уехал ли нанятый вами рикша? Черт, опять эти мелочные, беспокойные мысли…

Покидая следующим утром Руины Хампи, я думал о море. Но, прежде чем отправиться обратно на побережье, решил сделать небольшой круг и посмотреть знаменитый водопад Джог. О железной дороге, правда, пришлось забыть и пересесть в менее комфортный индийский автобус. Вернее, автобусы, так как прямого рейса с Хампи до Джога не оказалось.

Длительные автобусные переезды по Индии – то еще удовольствие. Их, как и передвижения в железнодорожных вагонах дженерал класса, лучше избегать. Даже знаменитые индийские слипербасы (да-да, в них можно спать как в плацкарте) оставляют мало приятных эмоций. В этих «поездах на колесах» неудобно спать и дует ледяным воздухом со всех щелей. Обычные, не кондиционированные «автобусы для простолюдинов» тоже далеки от идеала. Так и хочется обозвать этих железных монстров консервными банками.

Как раз в один из таких переездов со мной произошел совершенно нелепый случай.

Где-то посередине между Хампи и Джогом я зашел в очередной автобус и очень удивился. Несколько десятков человек сидели спереди как можно ближе к водителю, и никого сзади. А так как зашел я через задние двери, то там же, сзади, и уселся, наслаждаясь комфортным одиночеством. Ну, нет людей, чего не бывает! Ко мне тут же подошел один из сидевших спереди пассажиров и предложил пересесть поближе к водителю. Он что-то сказал про «прыгающий автобус», но я был слишком рассеянным, чтобы вникать. Ага, щяс! Брошу свое комфортное место сзади и потащусь с рюкзаком в другой конец автобуса! Да, подвеска жестче обычного, но терпимо. Спасибо, мужик!

Минут через пять я понял, о чем пытался сказать доброжелательный индиец. Удар снизу был настолько сильным, что мое тело мгновенно оказалось в воздухе, причем довольно далеко от сиденья. Приземлившись я почувствовал, что внутренности то ли взболтаны, то ли перемешаны. А может и то, и другое. Седалищные кости сильно болели. Покатившийся по салону рюкзак казался наименьшей проблемой. А тут еще сидевшие спереди пассажиры, все как один, повернулись в мою сторону. Пришлось выдавить кислую улыбку. Все норм, ребята! Тряхнуло слегка, с кем не бывает.

К месту, где должен был находиться водопад, я прибыл далеко за полночь. Пришлось будить хозяев не многочисленных гэстхаусов. Поселившись, с облегчением вздохнул. Позади был тяжелый день, многие километры тряски по пыльным индийским дорогам. Но ощущение, что на этот раз я попал в по-настоящему дремучую провинцию, неумолимо нарастало.

Когда щебечут птицы и светит солнце – все воспринимается совсем по-другому. Да, попал я по назначению, но для водопада был не сезон. С гигантского каменного выступа в глубокий каньон стекали три жиденькие водные струйки. То ли дело во время муссонов! Легко представить, как с ревом срывается вниз бесконечный громадный поток. Но и то, что было сейчас, не могло не доставить эстетического восторга.

Для большего погружения в буйство водной стихии я спустился в каньон и, прыгая по мокрым камням, пробрался как можно ближе к разбивающемуся потоку.

Несмотря на глубину, каньон был почти полностью залит лучами прибывавшего в зените солнца. Чувствовалась приятная, неестественная для Индии прохлада. По мере приближения к эпицентру, в воздухе все сильнее ощущалась влажная взвесь водных микрочастиц. Я выбрал ровный кусок скалы и улегся на спину, раскинув руки. Монотонный шум падающего потока очень успокаивал. Легкие порывы ветра прорывались прохладными брызгами. Высоко в небе парила хищная птица. Я закрыл глаза, и птица исчезла. Остался бушующий поток, который ощущался уже не только ушами, но и всем телом. Я чувствовал, как вымывается усталость предыдущего дня, как вместе с мыслями растворяются озабоченности и надуманные проблемы. Хотелось остаться здесь навсегда, просто лежать, напитывая тело бурлящими водными энергиями.

Я ощутил, как напряглись от холода мышцы. Камень, на котором я лежал, оказался в тени, и это нарушило температурное равновесие. В мелком заливчике неподалеку резвились индийские дети. Среди брызг падающего потока играла радуга. Точнее, радуг было несколько, но одна, самая большая, будто кокетничала, частично скрываясь за гигантским скальным выступом. Минут через пятнадцать умерла и она, чтобы завтра, когда солнце будет светить на падающую воду под тем же градусом, возродиться снова.

5227195_xlarge

Покидая гостеприимный каньон, я понял, что и водопады будут теперь местами моего экзистенциального паломничества.

Сюрпризы, правда, на сегодня не заканчивались. Водопад подарил мне еще одну, на этот раз гастрономическую радость.

Недалеко от находящихся сверху обзорных площадок есть, так сказать, зона фастфуда. Она разительно отличается от подобных мест в крупных торговых центрах. Кроме одного – там можно поесть. Представьте длинный одноэтажный дом с террасой, в котором, в каждой из комнатушек, можно быстро перекусить. Здесь – блины, дальше – рис с бобами, чуть дальше – лепешки с каким-то соусом и так далее. Выбор – одно, максимум два блюда. В ближайшей комнате было всего два стула, на один из которых я и уселся. Хозяйка, даже не поинтересовавшись моими запросами, начала готовить блин с бананом. Готовила долго, прямо перед моим носом. Казалось, прошла целая вечность. Но какое это было блюдо! Немолодая женщина, мало чего видевшая в жизни кроме вилок и сковородок, достигла такого совершенства в приготовлении банановых блинов, что я готов был её расцеловать. Съев не маленькую порцию, я, не раздумывая, заказал еще. А потом еще. Способны же люди, черт возьми, удивлять результатами своего простого, ежедневного труда! И никогда не знаешь, где встретиться человек, делающий работу с полной самоотдачей.

Попадая в такие места, как водопад Джог, где доля не то, что соотечественников, а просто европеоидов-иностранцев активно стремится к нулю, начинаешь чувствовать себя не в своей тарелке. Как будто ты на другой планете – те же люди, но все-таки немного другие. От такого диссонанса, который медленно, но неумолимо проникает и подтачивает какие-то бессознательные синапсы, рождается смутное, неестественное напряжение.

Когда-то я много общался с возвращавшимися с зимовки полярниками. Самым тяжелым испытанием для них был не холод, физические нагрузки или что-то еще. Нет, главным врагом была накатывающая время от времени психологическая нестабильность, вызванная тотальной изоляцией от привычной системы координат. Психологи говорят, что наши привычки – самые сильные цепи, созданные нами для самих себя. Общение с себе подобными, наверное, самая главная социальная привычка. Её нельзя ничем заменить, невозможно игнорировать. Без привычного, адекватного общения человек попадает в неопределенную турбулентность, на зыбкую почву экзистенциальной неуверенности. Не зря потенциальные полярники перед подписанием контракта проходят массу тестов не только на совместимость друг с другом, но и на собственную психологическую стабильность.

В общем, безжалостные внутренние магниты тянули меня обратно к морю. Но вернуться в Гоа так и не удалось. Я попал в не менее очаровательное место, о чем надеюсь рассказать вам в следующий раз.

Юрий Демченко

Share Button